Вторник, 15 августа 2017 22:56

А не перечитать ли нам МАРКА нашего ТВЕНА?

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

От Белинского, что ли, так пошло, но в любезном Отечестве и по сей день: литература, и даже иностранная литература, и даже «Иностранная литература» (журнал), могут стать актуальнее самых раскрученных парламентских, телевизионных ток-шоу. Хотите знать, как русские свергали царя, как Германия стала антисемитской, почему США, показав в ООН фальшивую пробирку, вторглись в Ирак, за что на вьетнамских детей вылились тонны напалма, а на донбассовских – белого фосфора, почему ливийские беженцы осенью-2015 вновь сделали Бухенвальд – обитаемым? Писатель Марк Твен (Клеменс) сэкономит вам сотню-другую терабайт Жириновского, Соловьёва, Венедиктова…

Правда, фокус этот Твен проделает не сам, а с помощью коллеги,Александра Мелихова. Парадокс в том, что хороший писатель даже в самых своих идиотских (эпитет будет обоснован далее) заблуждениях – плодотворен.

Поэт издалека заводит речь, и Мелихов, почти вкрадчиво, начинает: «Жил на свете один могучий юморист, в ком всякий затянувшийся пафос непременно пробуждал убийственный сарказм, чьим излюбленным лакомством были шутки над смертью… В конце концов он понаписал такого, что его дочь Клара Клеменс-Габрилович дала согласие на публикацию только через полвека. Особенно свирепые суждения о Боге как о злобном тщеславном завистнике классик завещал «никому не показывать на глаза вплоть до 2406 года».

Доживём ли, прочитаем ли? – это уж как тот «злобный завистник» отмерит. Парадокс, американский сатирик, до бешенства ненавидевший пафос, на склоне лет сам становится пафосен, как кинозвезда, получившая золотую култышку Оскара и держащая благодарственную речь: «Мы считали наш флаг святыней, в чужих краях у нас перехватывало горло, когда, обнажив голову, мы думали о том, какие идеалы он представляет» («Человек, ходящий во тьме», 1901 г.).

Ставя Европе «3-» за гуманизм, Твен… «великодушную, освободительную международную политику называет игрой по-американски, захватническую, корыстную – игрой по-европейски».

Но где же Россия, русские? Увы, неутомимый путешественник добрался и до нас (Одесса–Ялта–Севастополь, 1867 г.). Добрался и в своих гуманистических, заботливых книгах.

Мелихов отыскивает ключевую мысль Твена: «Любой народ таит в себе достаточно сил, чтобы создать республику, даже такой угнетённый народ, как русский, и такой робкий и нерешительный, как немецкий; выведите его из состояния покоя, и он затопчет в грязь любой трон и любую знать» – и резюмирует со вздохом: «Что ж, оба народа в конце концов удалось вывести из состояния покоя».

Твен: «Первым заветом во всех монархических странах должно быть Восстание, и вторым – Восстание, и третьим, и всеми прочими заветами в любой монархической стране должно быть Восстание против церкви и государства… Поможем России создать республику, которая обеспечивала бы степень свободы, которой пользуемся мы».

Мелихов: «Там, где Пафос начинает писать Слова с Заглавных Букв, добра не жди».

Погодите, дело дойдёт и до 1917, и 2015 годов. Народник Николай Чайковский собирал в Америке средства на русскую революцию. Марк Твен горячился: «Мы утратили сочувствие к угнетённым народам, борющимся за свою жизнь и свободу». Чайковский было возразил: «Американцы в мгновение ока собрали на русскую революцию два миллиона долларов» (тогда это была – Сумма!)

Твен: «Деньги собрали не американцы, их собрали евреи». Похвалив евреев за «отзывчивость», Твен публикует в «Нью-Йорк Таймс» громовую статью: «ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ОСВОБОДИТЬ РОССИЮ»: «Россия уже слишком долго терпела управление, строящееся на лживых обещаниях, обманах, предательстве и топоре мясника, во имя возвеличивания одного-единственного семейства бесполезных трутней и его ленивых и порочных родичей».

Мелихов: «М-да, юмор окончательно перемолот пафосом, великий борец оказался затянут в машину революционной пропаганды».

И вот, по мере роста отдачи от инвестиций-пожертвований, то бишь разгорания революции, в 1906 г. Марк Твен взбирается на Эверест пропаганды: «Вот уже два года, как ультрахристианское царское правительство России официально устраивает и организует резню и избиение своих еврейских подданных. Эти избиения происходят так часто, что мы стали к ним почти равнодушны. Намного ли продвинулось к терпимости человечество за время, прошедшее между резнёй альбигойцев и этими еврейскими погромами в царской России?.. Царская бойня далеко превзошла древнюю и зверствами, и утончённой жестокостью. Можно ли заметить какое-либо продвижение вперёд между Варфоломеевской ночью и этими погромами?.. Русские черносотенцы-христиане в 1906 г. и их царь дошли до такой кровожадной и животной жестокости, какая не снилась их неотёсанным собратьям, жившим 335 лет тому назад».

Раскопавший это, под кучей всяких Том Сойеров, Гекльберри… Мелихов дивится: «Каким образом человек, не лишённый юмора, может повторять страшилки для младенцев? Марк Твен не пожелал заглянуть даже в собственную статистику, он когда-то писал о Варфоломеевской ночи: «За двое-трое суток во Франции было убито 70 000 человек»… За всю погромную полосу евреев было убито раз в сто меньше, чем французов. И доказательств организующей роли царского правительства не найдено никаких – обвинить его удаётся разве что в попустительстве» (…)

Классный момент. Оказывается, Марк Твен ранее собирал статистику Варфоломеевской ночи! Которую потом «русские черносотенцы-христиане и их царь» превзошли.

Действительно, сколь же сильна власть штампов! Например, говоря о запредельно лживой пропаганде, мы называем Геббельса, а не автора «Тома Сойера»! Ну и реалии 2015 года… кто, какой слепец их не разглядит за этим твеновским:

«Поможем России (Ливии, Украине, Вьетнаму, Ираку…) создать республику, которая обеспечивала бы степень свободы, которой пользуемся мы… Выведите его (народ) из состояния покоя, и он затопчет в грязь любой трон»…

Разбор случая (клинического) Марка Твена, нужен Мелихову для обрушивания целого фальшпотолка ещё более тупых штампов, про который нам говорили: Небо. Глава «Что такое «Друзья евреев» и как они воюют против большевиков» – рождает тёплые ассоциации уже названием, а содержанием вовсе революционна.

Главный (среди писателей) «друг и защитник» евреев обозначен выше. Подари ему «злобный завистник» ещё 40 лет жизни, мы бы узнали, что число жертв царско-черносотенного погрома в Одессе было больше чем в Хиросиме, а так пришлось остановиться на Варфоломеевской ночи. Но несколько политиков, имевших почти крокодилье (попугайское, черепаховое) долголетие, воспользовались им для пополнения «базы сравнений», использования еврейского вопроса «в оба конца» и доведения сюжета до статуса «архетипического». В котором вы без труда узнаете искомый 2015-й, актуальность.

1) За беспримерный геноцид евреев «даже таких угнетённых русских и таких робких немцев» – вывели из состояния покоя,

2) И они «затоптали в грязь»,

3) Когда из-за катаклизмов Пункта 2 евреи действительно побежали массово, то и состоялась знаменитая Эвианская конференция…

…о которой Мелихов изящно пишет:

«Гуманнейшие и могущественнейшие державы мира разводили руками: и так сделали всё возможное для облегчения участи полутора сотен тысяч беженцев из Германии, Австрии и Чехословакии. Представитель США: по въездной квоте 1938 г. для беженцев из Германии и Австрии мы приняли 27 370 чел., возможности исчерпаны. Аналогичную позицию заняли Франция, Бельгия, Канада… отказ в приёме беженцев мотивировали экономическим кризисом. Нидерланды предложили помощь по транзиту беженцев. Великобритания согласилась для размещения беженцев предоставить свои колонии в Восточной Африке(Эйхман тоже надеялся выселить евреев на Мадагаскар), но отказалась пересмотреть квоту на въезд евреев в подмандатную ей Палестину. Австралия… опасаясь внутренних конфликтов, согласилась принять в течение трёх лет 15 000 (при плотности населения меньше трёх человек на квадратный километр). Из тридцати двух государств только богатейшая Доминиканская Республика согласилась принять солидное число беженцев и выделить необходимые земельные участки (…)

М-м, беженцы, беженцы, где-то мы об этом смотрели… кажется, вчера в новостях.

Мелихов: «Когда понадобилось в геополитических видах вступиться за советских евреев, чтобы вставить пистон Советскому Союзу, американцы, прямо по Оруэллу, превратились в вечныхдрузей нашего брата-еврея, – учитесь, варвары».

А в другие моменты, когда детонатор сделал своё дело, евреи, оказывается, были… Мелихов перебирает мысли наследников Твена, освободивших-таки евреев от черносотенного царя:

Генри Менкен: «Их дела отвратительны: они оправдывают в десять тысяч раз больше погромов, чем реально происходит в мире» (1920 год!)

Честертон: «Если они попытаются перевоспитывать Лондон, как они уже это сделали с Петроградом, то вызовут такое, что приведёт их в замешательство и запугает гораздо сильнее, чем обычная война».

Капеллан британских частей, оккупировавших русский Север,Ломбард слал репортажи с мест событий: «Большевизм направляется международным еврейством, национализация женщин к октябрю-1918 – свершившийся факт».

Младотурецкую революцию английская печать приписала иудео-сионистскому или иудео-масонскому заговору. Британский посол в Вашингтоне сэр Сесил-Райс распространял эту информацию как вполне достоверную, проводя параллели с Октябрьской революций. Официальные лондонские типографии печатали «Протоколы сионских мудрецов».

Больше половины американцев считали, что евреи в США забрали слишком много власти, «Новый курс» Рузвельта называли «Еврейским курсом» («New Deal» – «Jew Deal»). Черчилль приписал Троцкому проект коммунистического государства под еврейским господством» (…)

То есть Гитлер в «Майн кампф» сделал лишь репост Черчилля. Но не отвлеклись ли мы от любимой Твеном России? Мелихов сравнивает:

«Самодержец (Николай II – И.Ш.) отказался использовать восхитившие его «Протоколы сионских мудрецов»: «Нельзя защищать благородное дело грязными средствами». Цивилизованный мир впоследствии оказался менее брезглив. Наверняка «личная неприязнь» подвигала императора реагировать на погромное движение недостаточно оперативно, хотя что у нас делается оперативно?»

 

И для окончательного выяснения вопроса с государственным черносотенством Мелихов приводит твенового современника Шолом-Алейхема, мимоходом разбивая ещё один штамп твеновских времён: казак=черносотенец. Итак, Шолом-Алейхем «Записки коммивояжёра»: «Услышали мы про казаков и сразу ожили. Еврей, как только увидит казака, сразу становится отважным, готов всему миру дулю показать. Шутка сказать, такая охрана! Всё дело лишь в том, кто раньше явится – казаки из Тульчина или громилы из Жмеринки… Они благополучно пришли в Гайсин, понятно, с песнями, криками «ура» – как сам Бог велел. Только они чуть-чуть опоздали. По улицам уже разъезжали казаки на лошадках и во всеоружии, то есть с плётками в руках. В каких-нибудь полчаса от чёрной сотни и помина не осталось».

Заканчивает Мелихов, вспоминая Бернард Шоу, Фейхтвангера, Ромена Роллана, по мнению либералов: утративших критичность, здоровый скепсис, слишком очарованных Сталиным.

А вспомнишь, куда «здоровая критичность» завела одного из самых известных критиков в истории литературы, Марка Твена… о продлись, продлись очарованье!

Игорь Шумейко


А.М. Мелихов «Марк Твен как зеркало русской революции» («Иностранная литература» № 8, 2015)

Прочитано 357 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

©  Славянская академия